РАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ ПРЕДЫДУЩИХ ЧАСТЕЙ
Судьба забросила Александра Мешкова в штат яхты «Святая Виктория», которая идет через Индийский океан мимо берегов Сомали в Грецию. Яхта попадает в ураган. Группа с нетерпением ждет встречи с российским буксиром, с которого на яхту высадятся автоматчики, для того, чтобы встать на защиту судно от пиратов. Но буксир из-за шторма задерживается.
ДВОЕ У ШТУРВАЛА
Мне выпал почетный жребий нести вахту с Федором Конюховым. И уже дважды в день по 4-е часа мы с ним проводим в беседах, воспоминаниях, дискуссиях и спорах. В период плавания по старой морской традиции не разрешено говорить о доме и женах. Но именно о них мы и беседуем каждую вахту, для того, чтобы как-нибудь отвлечься от мрачных дум. Со мной Федор реализует себя как педагог, безуспешно пытаясь внушить мне отвращение к блуду, праздности, сквернословию, богохульству и Бахусу.
- Если спасешься, Сашка, то женись сразу в обязательном порядке и сына 2-го роди! Хватит твоему вниманию блудить! – почти приказывает он. – Сына Федором нареки! В честь Федора Ушакова. (Про себя он скромно умолчал.)
Я уже в мыслях готов родить хоть пятерых сыновей, только бы спастись. Зато в профессиональном обучении Федор достиг более ощутимых успехов, научив меня ориентироваться в пространстве по компасу и радару, крутить штурвал, управлять яхтой, фактически дал в руки кусок хлеба. И уже если что у меня есть возможность перегонять яхты олигархов через океан. Сам Федор почти что сутками не уходит с мостика, может помочь дежурить всем сменам. Управлять кораблем в шторм как выяснилось весьма сложно. Чуть зазевался, и яхта уже становится бортом к шквалу, к встречному течению, и тогда уже ее в буквальном смысле слова накрывает волной и опрокидывает на поверхность океана. (В эту пору на камбузе летают тарелки, в кубриках падают со своих шконок на пол наши больные.) Как то раз я незаметно задумался, впал в какое-то тупое забытье. Очнулся я от громкого мерзкого храпа с какими-то немузыкальными переливами, от которых Паганини точно бы стошнило. О ужас! Это храпел я! А как только взглянул на навигатор, обомлел: яхта шла в обратном направлении! Я не заметил, как ее развернуло! Еле-еле восстановил курс. Может показаться на первый взгляд, никто не заметил. Но Федору я затем признался в собственном позоре.
СОМАЛИ ТЫ МОЯ, СОМАЛИ
Есть такой анекдот: «Федор Конюхов в Индийском океане обиделся на весло и три дня с ним не разговаривал». Чушь! Это имел возможность сочинить только не профессионал, не знающий Федора. Не имел возможности Федор три дня не разговаривать! Федор – это нескончаемый поток сознания, кладезь историй, пропасть рассказов, мешок стихов, океан песен, подвал пословиц, кладовая размышлений, закрома притч, склад рассуждений. От случая к случаю мы с ним хором песни поем, для того, чтобы не уснуть на вахте.
Конюхов – Мешкову: «Коль ты останешься в живых – производи детишек… троих!». Федор проводил суровую педагогическую доктрину, не разрешая Мешкову сквернословить.
- Меня в молодости стремились завербовать в КГБ, а затем передумали, -смеется Федор. – Ну какой я стукач? У меня ж практически никакая военная тайна не удержится. Я же все разболтаю в 1-й же день.
- Представляешь, Сашка! – придается он воспоминаниям. – Я даже стихи про Сомали написал, как только заходил туда в 1993 году. – Федор откидывает непокорную прядь с глаз и начинает читать с выражением: – Полярная звезда над краспицей висит,/Полярная звезда мне что-то говорит./Она меня зовет в далекие края,/Где холод, и пурга, и вечная зима./Здесь слева Сомали – страна моей мечты./Синайские пески посеребрили мне виски,/Мне бы малость отдохнуть, пристать к какой стране/Господь мне не велит. Мой Бог Иисус Христос!
Сегодня маленькая страна мечты Федора Конюхова, как будто ненасытный дракон, держит в страхе весь цивилизованный мир, заставляя платить дань за жизнь моряков.
Отчего так?
У НАДЕЖДЫ НЕ ЖЕНСКИЙ ГОЛОС
- Если вынесем все тяготы, Сашка, картину с тобой напишем и книгу, – с присущим ему «оптимизмом» говорит Федор, прихлебывая из кружки чай, который приносит рано утром наш добрый друг Джеймс.
- Вынесем все тяготы! – не совсем уверенно отвечаю я. – Пираты в такой шторм не выйдут в море. Они же не дураки!
Федор не разделяет моего неуверенного оптимизма.
- Пираты – это полбеды. Там хотя бы нас выкупить имеют все шансы. А вот Индийский океан – самый опасный и непредсказуемый из всех океанов. Я его практически постоянно боялся. Если шторм усилится, наша яхта переломится пополам. Дерево уже старое. Кит может запросто помять. Можем и на риф налететь. В данный момент идем к острову Сокотра, у нас же даже карты нормальной нету. А там рифов сама понимаешь какое количество! Так что до сих пор впереди. Ты смотри во все глаза.
А через час из рации, лежащей рядышком с радаром, доносится голос надежды. Голос у надежды был мужской.
- «Святая Виктория»! Эсбэ тридцать шесть на связи! Мужики! Дайте ответ эсбэ тридцать шесть.
- «Святая Виктория» на связи! Слышим вас!
- Как вы там, братишки, в добром здравии в такой болтанке? – спрашивают.
Наши! Русские! Родненькие! В конце концов! Вы уже рядышком! В носу предательски засвербело. Непрошеные скупые слезы набежали на мои маленькие глазки. Спасены! СБ-36 – это наш долгожданный буксир! Он будет нас и уже сопровождать!
- Завтра рано утром, если все будет как следует, мы уже встретимся с буксиром, – говорит с нескрываемой надеждой в голосе Федор. – Заправимся у них. А то топливо у нас заканчивается!
Команда наша, узнав о новости, ликует. Уже после вахты я проваливаюсь в сон и мечты. Все! Нашим испытаниям пришел конец, и завтра рано утром я уже буду пить чай с пирожками в гостях на военном корабле с нашими доблестными моряками. Но, к сожалению, нашим мечтам не суждено было сбыться…
Друзья! Это еще не конец! Рано открывать шампанское!
Продолжение следует.
Читайте в следующем номере:
- Автоматчик не птица, по воздуху не летает!
- Шторм против морской дружбы.
Related posts:
