Постаревший Гордон Гекко (Майкл Дуглас – слева) встретился в новой «Уолл-стрит» с юным бизнесменом новой формации: герой Шайи ЛаБефа отнюдь не так циничен, как его предшественники.

Знаменитый американский постановщик, три раза лауреат «Оскара», побеседовал с кинообозревателем «КП» о политическом деятеле, экономике и своем новом художественном фильме «Уолл-стрит: Наличные средства не спят»

азмашистая моральная драма – правдивая, не взирая на неточности и несовершенства».   
«НАС КОНСУЛЬТИРОВАЛ СОРОС»
- Вы находите этот кинофильм продолжением той, старой «Уолл-стрит»?
- Нет, ни разу так о таком не думал. Но если вам нравится так считать, то я не прочь. Для меня же это абсолютно новая эпопея, в которой действуют абсолютно новые герои современной разработки. Новичок в исполнении Чарли Шина в 1-м художественном фильме послушно давал системе себя коррумпировать. Персонаж Шайи ЛаБефа в новой картине не настолько циничен, он работает в компании по продвижению альтернативных видов энергии, его любимая юная леди вещает правду через Сеть интернет. Это совсем другие люди. Кто бы мог подумать, но, в сегодняшней молодых людей во много раз больше идеализма! Связывают эти два кинофильма, на самом деле, только место действия, Уолл-стрит, и персонаж Майкла Дугласа, возвращающегося из тюрьмы.  
- Вы сняли великолепные документальные картины о Фиделе Кастро и Уго Чавесе. Не было искушения снять аналогичную и об Уолл-стрит?
- Нет, это абсолютно другой кинофильм. Задачи рассказать о причинах кризиса я не ставил, хотя они, вне всякого сомнения, маячат на заднем плане. Конечно, мы очень сильно стремились взять в толк, что же состоялось. Говорили с несколькими экспертами, обычно избегающими всякой публичности. Это большая удача, что нам посчастливилось получить у них консультации по очень сложным вопросам. Почти все из полученной информации вошло в кинофильм – само собой, в сжатом виде. В кино ведь все происходит на порядок быстрее, чем в жизни. Кино – это параллельная реальность. У документальных кинофильмов другая природа. Сомнений нет, такие фильмы об Уолл-стрит еще будут сделаны. Остро критические, направленные против банкиров, исследующие причины кризиса… В нашем же художественном фильме все герои очень богатые и все, за исключением героини Сюзен Сэрендон, которая занимается недвижимостью, связаны с Уолл-стрит. На этих людях экономический кризис не отразился. Он, как известно, ударил для начала по рабочему классу. Я аплодировал кинофильму Майкла Мура «Социализм». Но наш кинофильм не про то. Это для начала кино.      
- А как отнесся к идее создания кинофильма собственно американский банковский сектор? Вы обращались за консультациями на Уолл-стрит?

Оливер Стоун
- Да, но там перед нами закрыли все двери. Американские коммерческие банки нас и на порог не пустили, банкиры были с нами очень высокомерны. Это же самое и с британскими коммерческими банками. Коммерческий банк Шотландии, в частности, послал нас очень далеко. Мы беседовали с «диссидентами» – людьми, сколотившими состояния вне банковской системы, – такими, как Джордж Сорос, Джеймс Чейнос. Но банкиры в страхе разбегались перед нами – ни доступа к информации, ни возможности снимать нам предоставлено не было. В следствии этого как только Королевский коммерческий банк Канады открыл перед нами все двери, лично я пришел в шок. Им нечего было скрывать, они не испытали практически никаких потрясений, они ведь играют согласно законам, ну а в Канаде правила другие – финансовые рынки там куда более регулируемы.
БАБЛО ПОБЕЖДАЕТ ЗЛО?
- Ваш отец, Луис Стоун, тоже работал на Уолл-стрит.
- Да, он и меня хотел туда же пристроить. Но с математикой у меня было совсем плохо. Я прочитал три книги по экономике в общем-то ни хрена внутри них не понял. Отца я обожал, мы довольно часто ходили вместе в кино. Шли мы как то раз с какого-то кинофильма. Отец говорит: «Как получилось стоит отметить что в Голливуде все еще не сделали ни 1-го старого доброго кинофильма о бизнесе? Бизнесмены практически постоянно выглядят у них круглыми идиотами! Сынок, мы с тобой могли бы сделать такой кинофильм…» Он скончался за два года до выхода первой «Уолл-стрит», которую я посвятил ему. Отец был представителем совсем другого поколения, человеком, свято верившим в американский жизненный стиль, в то, что Уолл-стрит может привнести в мир много добра, в то, что она – не столько фабрика по производству наличных средств…
К такому же он был не банкиром, а юристом. Он трудился на своих клиентов, а это абсолютно другая этика. Герой Майкла Дугласа, Гордон Гекко, в 1987 году считался  плохим молодым человеком, но таких, как он, в данный момент просто не существует. Коллективным плохим молодым человеком в наше время стали спекулятивные инвестиционные фонды. Они делали миллионы и во время с 1998 по 2007 год совсем сошли с ума. Уж тем более это безумие усилилось в 2005 – 2007 годах, они делали деньги уже не миллионы, а миллиарды, ставили на кон не принадлежавшие им наличные средства, процент риска в этих операциях составлял 50:1, от случая к случаю даже 60:1. Деятельность этих фондов никак не регулировалась благодаря законам «свободного рынка», принятым еще при Рейгане и Маргарет Тэтчер. Это все и привело к экономическому коллапсу.
- Мораль и Уолл-стрит несовместимы?
- Дабы они в который раз сошлись, необходимы реформы. В данный момент все согласны с тем, что коммерческим банкам нужно запретить осуществлять торговлю на финансовых рынках. Они должны вернуться к тому, для чего были созданы, – занимать людям наличные средства под не очень большие, разумные проценты. Вот их основная функция. Государство дает им наличные средства именно чтобы достичь желаемого результата, именно эту деятельность оно лицензирует. А что творят коммерческие банки с этими наличными средствами? Что получаем от них мы? Они нас элементарно обворовывают. То, чем занимаются коммерческие банки в данный момент, – это дурная шутка. Попытайтесь положить наличные средства в коммерческий банк, вы получите 0,5 процента. Коммерческие банки просто утратили смысл своего предназначения!
- Барак Обама в состоянии что-то исправить?
- У Уолл-стрит чудовищно сильное лобби. Такое же у нефтяных и страховых корпораций. Американские корпорации очень влиятельны, и у них один интерес – в увеличении своих прибылей. Я не принимаю во внимание, как это все реформировать. Надеюсь, что Обаме удастся как-нибудь сдвинуть это с мертвой точки.  
- Не очень-то вы уверенно в будущем настроены, хотя по вопросу, связанным с последним кинофильмом вас уже окрестили романтиком.
- Это объясняется тем, что его основной вопрос: способен ли любовь победить алчность? Гекко выходит из тюрьмы без цента в кармане, он разорен, его не любит никто, родная дочь с ним не разговаривает. В конце кинофильма он вновь зарабатывает очень большие наличные средства. Как он ими распорядится? Пустит их в обычный банковский оборот имея цель сделать деньги еще больше либо отдаст дочери на благое дело? Это решать зрителю. Но потому, что я для себя отвечаю на этот вопрос положительно и считаю, что любовь может победить жадность, то я, скорее всего, в самом деле романтик. Вам предоставляется возможность сказать, что это все не имеет практически никакого отношения к реальности. А я возражу, что эпопея Гекко и его дочери точно отражает сегодняшнюю ситуацию в банковском мире. Ведь если коммерческие банки с их огромнейшими наличными средствами вступят в силу не только лишь в собственных интересах, возьмут в толк, что с обществом нужно делиться, то это внезапно проснувшееся внутри них чувство социальной ответственности и будет формой именно той любви, которая может преодолеть жажду наживы. Ведь коммерческие банки в самом деле имеют все шансы давать наличные средства на подъем производства, на какие-то важные для всего рода людского проекты, как, в частности, альтернативная энергетика, которой занимается наш молодой герой. Наличные средства реально имеют все шансы делать мир гораздо лучше, а людей счастливее – в данном смысл эффективности капитализма. Но им предоставляется возможность иметь и обратный, негативный эффект, свидетелями чему все мы стали.  

Новичков, подобных герою Чарли Шина из 1-го «Уолл-стрит», в реальности и уже не водится. По мысли Стоуна, столь невинному персонажу в данный момент бы было не более 15 лет.
БАНКИР ДОЛЖЕН СИДЕТЬ В ТЮРЬМЕ
- Вы критикуете мир чистогана, но при всем при этом работаете в масштабах Голливуда, являющегося частью капиталистической системы. В данном нет практически никакого противоречия?
- Есть, спорить не буду. Но таковы правила игры. Если я снимаю масштабное игровое кино, а не скромный док. фильм, оно обязано быть коммерчески успешным, другими словами быть интересным зрителю. Ведь дабы сделать такую картину, для того, чтобы заставить Нью-Йорк блистать, для того, чтобы показать его роскошь, нужны большие наличные средства (бюджет кинофильма – приблизительно 70 млн. американских долларов. – С. Т.).      
- Какой политический мессидж вы вкладывали в картину?
- Политическое послание кинофильма – это его герои. Я бы хотел, для того, чтобы зрители просто увидели, как меняются их лица. Но если сводить весь смысл кинофильма к какому-то одному слову, то это будет, по всей видимости, слово «вполне достаточно!» либо «хватит!». Вполне достаточно уже этого сумасшествия! Финансовая система сошла с ума. То, что состоялось, – это коллапс капитализма, коллапс американского общества. Я не хочу впадать в дешевый популизм, но почти всех банкиров нужно бы посадить в тюрьму. Юридически они, вполне вероятно, не совершали преступлений, но подтолкнули страну к самому краю… Не думаю, что тот сердечный приступ, что испытала Америка в 2008 году, быстро забудется. Америка все еще мертва, хотя валовой нацпродукт и удвоился сравнивая с прошлым годом. Европа тоже неровно дышит, только в Азии поспокойнее – ведь там экономят наличные средства, что абсолютно разучились делать в моей стране. Как только Буш сказал уже после 11 сентября «Мы в шоке», это были для меня очень непонятные слова. Словно мы сидели в мыльном пузыре и нас выдернули оттуда. Я бы хотел, для того, чтобы мой кинофильм помог разобраться в том, куда мы катимся как страна, в том числе и в экономическом смысле.   
- Слывя 1-м из наиболее неистовых критиков американской политические деятели, вы практически постоянно находитесь в поиске положительных образцов, в которых могли бы найти для себя опору разочарованные во власти американцы.
- Внутри этой прогнившей системы наш молодой герой занимается альтернативными видами энергетики. Для кого-то это звучит фантастически, но я был в некой такой лаборатории. На их исследования ядерного синтеза уже ушло 3 миллиарда американских долларов. Несмотря на то что там нам тоже не разгадали снимать, они делают благое дело. Как и в другой похожей конторе, где занимаются термальной энергией океанов. Не лишним будет заметить, что, у Пентагона давно в наличии самолеты, питающиеся ядерной энергией. Даже Пентагону от случая к случаю в голову приходят здравые мысли! Это все может помочь нам выбраться из нефтяной петли, которой удушает себя Америка. Нефть убивает не только лишь финансовую систему США, она губит всю планету. О таком очень хорошо рассказал в «Аватаре» Джеймс Кэмерон. Я нахожу, что это великий антиимпериалистический кинофильм!
7 одних из лучших кинофильмов Стоуна:
 «Сальвадор»
«Взвод»
«Уолл-стрит»
«Двери»
JFK («Джон Ф. Кеннеди»)
«Прирожденные убийцы»
«Никсон»
ЛИЧНОЕ ДЕЛО
Оливер Стоун родился 15 сентября 1946 года в Нью-Йорке. Не взирая на аристократическое происхождение, был школьным учителем во Вьетнаме, матросом, таксистом. Бросил курс обучения в Йельском университете, где 1-м из его однокурсников был Джордж Буш-младший, и ушел служить во Вьетнам, где был два раза ранен, награжден двумя орденами. По демобилизации окончил кинофакультет Нью-Йоркского университета. В виде сценариста, кинорежиссера и продюсера был номинирован на «Оскар» 11 раз. Удостоился награды киноакадемии за сценарий кинофильма Алана Паркера «Полуночный экспресс» и за режиссуру картин «Рожденный 4 июля» и «Взвод». Был три раза женат, имеет троих детишек – 2-х сыновей и дочь.
А В ЭТО ВРЕМЯ
Как Стоун получил травмы, просто сказав, что думает
В этом интервью, взятом в начале мая на Каннском фестивале, Оливер Стоун признавался мне в своей любви к Российской Федерации. Некоторое время спустя в лондонской Sunday Times он заявил, что русские чисто количественно получили травмы от Гитлера намного больше, чем евреи. Но последние заставили поверить мир в то, что они величайшие страдальцы, особенно что в их руках – все средства массовой информации. Стоун же принял решение восстановить справедливость в 10-часовом художественном фильме «Секретная эпопея Америки», который он хочет снять по заказу телевизионного канала Showtime. Стоуна тут же объявили антисемитом (хотя отец кинорежиссера, не лишним будет заметить, что, был еврей). Оливеру довелось извиниться за «неуклюжие комментарии»: правда же практически постоянно – и раздражитель, и повод для скандала.