Постановщик Питер Муллан взял главный приз кинофестиваля-2010 в Сан-Себастьяне

Кинофестиваль в Сан-Себастьяне подошел к концу победой кинофильмов на детско-юношескую тематику

к-Кэррон получил приз за лучую мужскую роль» width=»300″ />
Актер Коннор Мак-Кэррон получил приз за лучую мужскую роль
В школе — телесные наказания и откровенный садизм учителей, дома — алкоголизм родителей, на улице — бесконечные потасовки и издевательства сверстников. Результат: в прошлом алтарный мальчишка, вооружившись двумя тесаками, выходит на злые улицы Глазго мочить бывших друзей и, нанюхавшись клея, воображает, как всадил бы нож и самому Иисусу Христу, если бы тому пришла охота спуститься на давно оставленную им землю.
Восемь лет назад Питер Муллан выиграл венецианского «Золотого льва» за мощную антиклерикальную ретро-драму «Сестры Магдалены». Новый кинофильм (его действие тоже разворачивается в прежнее время, в 1970-х годах, что ничуть не снижает его актуальности) — работа не столь впечатляющая, с «провисами» и длиннотами, но все искупает сочувствие, мудрость и нежность, с которой сценарист, постановщик и исполнитель роли уставшего от скотской жизни отца-алкоголика относится к своим людям ему с детства героям. Всем без исключения — и «плохим», и «хорошим».
Психологические проблемы подрастающего поколения, брошенного на произвол судьбы в немилосердном современном обществе, по всей видимости, на полном серьезе взволновали сан-себастьянское жюри, в противном случае оно ни по чем бы не выписало 2-й по значению специальный приз испанской (точнее каталанской) ленте «Элиза К.» (Elisa K) Джудит Колел и Хорди Кадены. Эта претенциозная, литературная, до безобразия заболтанная картина разделена на два куска: в черно-белой рассказывается про то, как 11-летнюю дочь благородного семейства надругался не меньше благородный его товарищ, в цветной повествуются про то, как благополучно забывшая о таком инциденте повзрослевшая героиня нежданно – негаданно о нем вспоминает. Что отравляет ее существование — видимо, до конца дней.
Теме преждевременного взросления приурочена к также одна неудачная картина из Каталонии, «Черный хлеб» (Panegre) Агусти Вилларонги, совершенно напрасно силящаяся повторить успех «Лабиринта Фавна» Гильермо Дель Торо в стремлении повенчать детские фантазмы с угрюмой послевоенной реальностью. Она удовлетворилась «Серебряной раковиной» за женскую роль, на одной действующей на нервы ноте сыгранную артисткой Норой Навас. Стремясь поощрить едва ли не все испанские картины, обильно представленные в конкурсе, жюри по делу наградило только одну: приз за одну из лучших операторскую работу достался в самом деле визуально изощренной ленте «Отец» (Aita) Хосе Марии де Орбе. Это произведение современного искусства с полным на то основанием можно крутить в каком-то из выставочных залов музея Гуггенхайм в близлежащем Бильбао.

Фильм «Отец» абсолютно справедливо завоевал награду за одну из лучших операторскую работу
Приз за один из лучших сценарий не ясно из каких соображений отошел к глупой и пошлой норвежской картине «Домой на рождество» (HomeforChristmas) крупно опозорившегося Бента Хамера. До последних нескольких месяцев считавшийся неплохим, постановщик соорудил на этот раз сборник банальных новогодних виньеток, закольцованный душераздирающим рассказом о молодой паре нелегалов из Косова, рожающей первенца с участием захваченного ими в заложники норвежского доктора. Но какими бы спорными ни представлялись многие решения жюри, с призом за одну из лучших режиссуру, врученным 70-летнему чилийцу Раулю Руису, как говориться, спорить бесполезно. Может показаться на первый взгляд, единственный из оставшихся в живых сюрреалистов снял свои 4-часовые «Лиссабонские мистерии» (MisteriosdeLisboa) с той пытливой прозрачностью, что встречается только лишь у подлинных классиков.
В центре виртуозной повествовательной конструкции — поиски себя молодым героем, решившим свести счеты с жизнью в 15 мальчишеских лет. Хочется надеяться, что мимо этого выдающегося произведения, соединяющего в своей изощренной драматургии любовно-приключенческий роман и роман воспитания, философское эссе и наивное фэнтези, а по размаху и качеству не уступающего бергмановским «Фанни и Александру», не пройдет мимо российский кино— и телепрокат.